Камарилья¶
Главные твердыни: Чикаго, Новый Орлеан, Вена, Лондон, Париж.
Камарилью нередко называют Башней Слоновой Кости, и, стоит признать, фракция полностью соответствует этому прозвищу. Камарилья была основана в XV веке для защиты от Инквизиции и прекращения разорительной Войны Принцев, полыхавшей на протяжении всех Тёмных Веков. Первым делом новоявленные Сородичи постановили, что вампиры и люди должны сосуществовать в тайной гармонии, провозгласили Маскарад первой и главной Традицией фракции и принялись активно насаждать её среди вампиров, сурово наказывая тех, кто отказывался её соблюдать. Для Камарильи эта цель до сих пор остаётся приоритетной, а главным препятствием на пути к её достижению является Шабаш.
Члены Камарильи считают, что их фракция — это и есть вампирское сообщество как таковое, и, стоит отметить, под этой их убеждённостью имеются кое-какие основания. В конце концов, Камарилья действительно является крупнейшей организацией Сородичей на планете, и практически в каждом городе мира есть вампиры, так или иначе связанные с этой фракцией. Первыми Сородичами, которых повстречает каинит, оказавшись в чужом городе, скорее всего, будут именно подданные местного Принца. Своей распространённостью Камарилья не в последнюю очередь обязана готовности принимать новых членов вне зависимости от того, к какому клану или линии крови они принадлежат. Для этого Сородичу достаточно явиться ко двору любого Принца и изъявить желание присоединиться к фракции. Более того, философия Камарильи подразумевает, что в её юрисдикцию входят вообще все вампиры, причём вне зависимости от того, что они сами думают на этот счёт. Что касается самих Сородичей, то многие из них считают, что жить под сенью Башни Слоновой Кости проще и спокойнее, чем устраивать на этой почве бесплодные и опасные для жизни дискуссии.
За века своего существования Камарилья сумела значительно продвинуться по пути глобализации своей деятельности, но для достижения этой амбициозной цели предстоит сделать ещё очень и очень многое. Вампиры — территориальные хищники, и существует огромная разница между Принцем, признающим неограниченные полномочия Юстициара, и Принцем, действительно готовым безропотно исполнять приказы присланного этим Юстициаром Архонта. К тому же многие старейшины прекрасно помнят времена, когда никаких фракций не было в помине, и сама идея того, чтобы подчиняться каким-то дерзким неонатам, кажется им смехотворной. С другой стороны, те же самые старейшины осознают, что после окончания Тёмных Веков человечество стало лишь опаснее, и на фоне воспоминаний о пылающих повсюду кострах Инквизиции ограничения вроде необходимости соблюдать Маскарад со временем начинают казаться меньшим из двух зол.
Стоит отметить, что города Камарильи отнюдь не столь космополитичны и открыты, как провозглашают идеологи фракции. Конечно, членом Камарильи может стать любой Сородич, но большинство из них, как и прежде, принадлежит к одному из семи великих кланов: Бруха, Гангрелам, Малкавианам, Носферату, Тореадор, Тремер или Вентру. Именно эти кланы в своё время заложили основы Камарильи, и именно их старейшие и влиятельнейшие представители составляют Внутренний Круг фракции (см. стр. 27). Конечно, вампиры из других кланов и линий крови вольны участвовать в конклавах и всевозможных собраниях, но их голоса обычно либо остаются в меньшинстве, либо попросту игнорируются.
Сразу после того как на сцене появился Шабаш, Камарилья вступила с ним в жесточайшую конфронтацию, поскольку её руководители не видели иного способа защитить Маскарад и своих Сородичей. Когда Шабаш отринул Традиции и сбросил оковы человечности в страхе перед ликом грядущей Геенны, владыки Башни Слоновой Кости остались верны себе и объявили сторонников Шабаша своими врагами. С тех самых пор между двумя фракциями, то затухая, то разгораясь вновь, идёт война, и всякий, кто не поддерживает Камарилью, считается пособником Шабаша.
В результате этого конфликта с Шабашем безупречный прежде фасад Башни Слоновой Кости пошёл уродливыми трещинами. Несмотря на самоуверенные слова и громкие заявления её владык, некогда нерушимая конструкция начала понемногу осыпаться и ветшать. Старейшины, обуреваемые растущим страхом перед шпионами Шабаша и сторонниками анархов, мёртвой хваткой вцепились в свои владения. Неонаты с каждым днём всё явственнее понимают, что для старших вампиров они лишь расходный материал, пешки на службе организации, в которой можно практически не надеяться на признание, зато есть масса возможностей понести наказание. Хуже всего приходится анциллам: двигаться выше им не дают одержимые паранойей старейшины, а снизу непрестанно напирает амбициозная и алчная молодёжь.
У неонатов и молодых анцилл на руках только один козырь — высокие технологии. Дело в том, что старейшины или не могут, или не желают осваивать инструментарий, доступный любому современному вампиру: социальные медиа, смартфоны, ноутбуки, бронежилеты скрытого ношения и автоматическое огнестрельное оружие. С каждым годом они всё сильнее отстают от мира, в котором даже дети знают, как вести видеоблог, а океан информации становится глубже, разнообразнее и обширнее с каждой секундой. Кое-кто из Сородичей использует этот инструментарий для того, чтобы следить за соблюдением Маскарада и устранять последствия его нарушения, а кое-кто уже прикидывает, как с его помощью вырвать из лап старейшин накопленное ими могущество — не политическую власть, а силу их Крови, силу, которую можно отнять, лишь совершив диаблери. Не понимая, откуда ждать следующего удара, старейшины предпочитают уничтожать потенциальные угрозы на корню, так что под удар зачастую попадают не только предатели, но и самые верные слуги.
Главная проблема Камарильи в том, что враги знают о раздирающих фракцию противоречиях и ждут подходящего момента, чтобы нанести сокрушительный удар.
Практики¶
Сердцем Камарильи являются Традиции, а сердцем Традиций является Принц. Именно Принцы на словах или на деле насаждают Традиции в своих владениях и сурово наказывают тех, кто эти Традиции нарушает. Многие Принцы содержат постоянный двор, который служит средоточием социальной и политической жизни. Придворные вампиры обычно сплетничают, интригуют и стремятся добиться расположения Принца, а Принц и его ближайшее окружение принимают законы, вершат правосудие и устанавливают правила политической игры.
Когда вампир совершает серьёзное преступление (например, грубо нарушает Маскарад, диаблеризует другого Сородича или оскорбляет достоинство Принца), Принц имеет право провозгласить открытие Лекс Талионис — Кровавой Охоты. Первым о начале Охоты узнаёт двор, а затем Примогены передают это известие своим кланам. Всякий, кто слышит призыв к Охоте, обязан принять в ней участие (оно не обязательно должно быть деятельным — большинству участников достаточно не чинить помех идущим по следу охотникам). Порой целью Кровавой Охоты является изгнание преступника за пределы города, но чаще всего наказанием служит Окончательная смерть. В этом случае некоторые Принцы считают допустимым даже Амарант.
И всё же власть Принца зиждется отнюдь не только на идеях послушания и неизбежности наказания. Главная валюта Камарильи (и множества независимых вампиров, имеющих дело с этой фракцией) — это система услуг и ответных обязательств, называемых одолжениями. Сделав Сородичу одолжение, вампир имеет полное право обменять его долг не только на ответную услугу со стороны этого самого Сородича, но и обменять на долги и услуги других вампиров (естественно, с учётом динамично изменяющейся «рыночной стоимости» всех участвующих в сделке сторон). Иными словами, если вы как-нибудь задолжаете услугу примогену-бруха, возможно, отдавать должок придётся уже старейшине-малкавианину, так что когда у вампиров есть такая возможность, они очень тщательно выбирают, с кем вести дела. Естественно, эта система строится на том, что все участники рынка вынуждены соблюдать правила и платить по счетам — любой намёк на попытку уклониться от выплаты долга вызовет немедленную и непреодолимую ответную реакцию со стороны Гарпий, а за ними и всего остального вампирского сообщества.
Конклавы¶
Конклав — это важнейшее событие в мире глобальной политики Камарильи, выездная сессия суда высшей инстанции, собрание самых могущественных и влиятельных членов фракции и политический митинг в одном флаконе. Созывать конклав может только Юстициар, но посетить его имеет право любой член Камарильи. Длительность конклавов может варьироваться в очень широких пределах — от пары часов до нескольких недель. Учитывая открытый характер мероприятия, вопрос безопасности стоит довольно остро, так что в качестве меры предосторожности о месте проведения конклава сообщают лишь за несколько дней до его начала.
Как правило, конклавы созывают в ответ на действия каких-нибудь могущественных лиц (например, Принцев) или в качестве реакции на особо серьёзные нарушения Традиций, однако обратиться к конклаву с жалобой или выступить с предложением имеет право любой Сородич. Именно в результате заседаний конклавов Сородичи принимают самые серьёзные решения: начинаются войны, звучат призывы к Кровавой Охоте, неожиданно уходят в отставку Принцы могучих доменов. На конклавах также обсуждают толкования и интерпретации Традиций и рассматривают правомерность связанных с этим прецедентов. Кроме того, конклав может наделить Принца чрезвычайными полномочиями для разрешения какой-нибудь серьёзной ситуации (например, вторжения Шабаша на территорию Камарильи).
Конечно, далеко не все конклавы созываются для принятия каких-то глобальных решений. Некоторые Юстициары регулярно созывают конклавы, целью которых является обсуждение долговременных стратегических инициатив и накопившихся за год мелких, не срочных, но всё равно требующих решения вопросов. Кроме того, многие Сородичи воспринимают любой конклав как удобный повод встретиться со своими коллегами и товарищами из других городов, выпустить пар и как следует повеселиться. Впрочем, в последнее время из-за усиления мер безопасности на заседания конклавов нередко допускаются лишь старейшины, и под сводами Башни Слоновой Кости всё реже звучат голоса простых Сородичей.